Джон Толкин - Дружество Кольца. Кольчуга бильбо
Об одной кольчуге. (Небольшое и не очень серьёзное исследование)
Согласно «Хоббиту» кольчуга подаренная Торином некому Бильбо Беггинсу, предназначалась во времена оны для некоего эльфийского принца:
With that he put on Bilbo a small coat of mail, wrought for some young elf-prince long ago. It was of silver-steel which the elves call mithril, and with it went a belt of pearls and crystals. A light helm of figured leather, strengthened beneath with hoops of steel, and studded about the bring with white gems, was set upon the hobbit’s head.
(После этого он (имеется в виду Торин – прим.авт.) надел на Бильбо маленькую кольчугу, сделанную давно для некоего молодого эльфийского принца. Она была из серебряной стали которую эльфы называли митрил, и с ней шёл пояс /украшенный/ жемчугом и кристаллами. Лёгкий шлем выполненный из кожи, усиленный изнутри стальными обручами, и усыпанный белыми драгоценными камнями, был водружён на голову хоббита.)
На протяжении Третьей Эпохи нам известны три таковых - Элладан и Элрохир, дети Элронда и Келебриан и Леголас, сын Трандуила (Короля Эльфов в «Хоббите»). Рассмотрим претендентов.
Детские года Элладана и Элрохира - 130÷180 гг. ТЭ - пришлись на такой редкий мирный промежуток в истории Средиземья, что вызывает очевидное сомнение в необходимости приобретения какой-то специальной детской брони. К тому же тогда Царство гномов в Мории было на пике могущества, добыча митрила не прерывалась, и, следовательно, цена на этот металл тогда была высока, но не чрезмерна. То есть Элронда вполне мог выкупить броню, если бы её заказал.
Третий же претендент более многообещающ, как потенциальный адресат. Леголас родился либо незадолго до, либо вскоре после того как в Мори был "разбужен" балрог. Тогда цены на митрил достигли просто заоблачных высот – собственно процесс удорожания начался ещё до появления балрога, жила истощалась, гномы копали всё глубже и добыча металла уменьшалась. К тому же Леголас рос уже в не совсем мирное время в Мирквуде. По-видимому, Трандуил заказал броню сыну, но заплатить по счетам не смог - вот и осталась бронь лежать в сокровищнице гномов, пока не попала в руки хоббитов.
Примечание 1. Фрагмент «Законов и обычаев эльдар»
( http://kulichki.com/tolkien/cabinet/kolzo_mo/laws.shtml )
Эльдар взрослели телесно медленнее, чем люди, но разумом - много быстрее. Они начинали говорить еще до того, как им исполнится один год, и в том же возрасте учились ходить и танцевать, ибо их тела скоро начинали подчиняться их воле. Тем не менее, в начале жизни между детьми Двух Народов было мало различий, и человек, увидевший эльфийских детей за игрой, мог легко поверить, что это дети Людей, некоего прекрасного и счастливого народа. Ибо в ранние свои дни дети эльфов еще восхищались миром вокруг них, и огонь их душ не сжигал их, и бремя памяти было еще легко им.
Тот, кто видел их, мог, правда, удивиться малому росту этих детей, определив их возраст по умению говорить и грации движений. Ибо к концу третьего года жизни дети смертных начинали перегонять эльфов, торопясь вырасти, пока для эльфов длилась первая весна детства. Дети Людей могли совсем вырасти, пока эльдар того же возраста оставались телом подобны детям смертных, не достигших и семи лет. Не ранее пятидесятого года жизни достигали эльдар того роста и принимали тот облик, в котором жили всю дальнейшую жизнь, и до сотни лет могло пройти, прежде чем они становились взрослыми.
Примечание 2. Образ Леголаса (каким он предстал в походе Хранителей).
«Много позже отец напишет гневную отповедь по поводу иллюстрации, на которой Леголас изображен "хорошеньким" и "похожим на барышню":
"Он был ростом с молодое дерево, гибкий, невероятно сильный, способный быстро натянуть огромный боевой лук и подстрелить назгула. Тело его, наделенное неимоверной жизнестойкостью эльфов, было настолько крепким и настолько хорошо сопротивлялось повреждениям, что он мог идти по камням или по сугробам в легких башмаках; он был самым неутомимым из всего Братства"».
(перевод Кеменкири)
kryukov-a.livejournal.com
Мифрил (Mithril). Разное от Мир Толкина
Мифрил — это вымышленный драгоценный металл, впервые упомянутый в произведениях Дж.Р.Р. Толкиена. Мифрил иногда называют также Митрилом, но мне больше по душе первое название из-за такого произношения в фильмах Властелин Колец, которое уже более привычно.
Термин произошёл от английского mithril, также метал известен как “эльфийское серебро” или “истинное серебро”Он присутствует в ряде других фэнтезийных вселенных и компьютерных играх, к примеру в играх: Final Fantasy, Warcraft, MMORPG Lineage 2, Heroes of Might and Magic III и Diablo.Мифриловая кольчуга ФродоОсновные приписываемые ему свойства — это невероятная легкость в сочетании с огромной прочностью. Мифрил это очень редкий металл и поэтому высоко ценился (в 10 раз дороже золота).
В трилогии «Властелин колец» мифрил добывался гномами из глубоких недр земли (В основном в Копях Мории). За что гномы и поплатились, они копали слишком жадно и слишком глубоко и потревожили Балрога, ужасное древнее зло.
У хоббита Фродо Бэггинса была мифриловая кольчуга, подаренная его дядей – Бильбо Бэггинсом, которая весила как обычная холщовая рубашка, но при этом смогла защитить от любого удара меча, любых стрел или копья. Так в фильме, в битве с орками в пещерах Мории, где был и горный тролль она легко спасла Фродо от удара огромного копья, которым орудовал троль.
Вот что пишет о мифриле Д.Р.Р.Толкиен:“Здесь и больше нигде в мире водится морийское серебро, его еще называют подлинным серебром, а по-эльфийски – мифрил. У гномов есть для него свое название, но они никому его не поведали. Мифрил был в десять раз дороже золота, а сейчас и вовсе бесценен, изделий из него на поверхности осталось совсем мало.Мифриловые доспехиЖила идет на север, а у корней Карадраса уходит в глубину. даже орки не осмеливаются продолжать добычу после всего случившегося. Именно мифрил положил начало богатству гномов, но он же и погубил их. Гномы копали слишком глубоко и потревожили Ужас Глубин. Потом его назовут Погибелью Дарина.
Почти весь мифрил, добытый гномами, захватили орки и конечно, он попал к Саурону. Об этом металле мечтают многие. Он ковкий как медь, легко полируется, после обработки становится тверже закаленной стали. На вид схож с серебром, но в отличие от него не тускнеет".
Открытие мифрила повлияло не только на экономику, ремесло и горнодобывающее дело гномов, под нож пошла вся система ценностей…
Ещё известно что мифрил требовал для обработки очень высоких температур. Также одним из его свойств было дополнительное усиление волшебных свойств предмета, в изготовлении которого он применялся.
![](/img/kolchuga-bilbo_0.jpg)
fanparty.ru
Джон Толкин - Дружество Кольца
- Это не норы! - обиженно воскликнул Гимли. - Здесь были не только копи и мастерские, но и великолепные чертоги, славившиеся во всем Средиземье. Чертоги, залитые ярким светом… Об этом повествуют наши предания. Вот послушай:
Был зелен мир, Гора юна,И не запятнана луна,И не было еще имен,Когда был Дарин пробужден;Он встал, и каждый холм и логОн на пути своем нарек;И был незамутнен родник,Когда впервые он приникК Зеркальному: на глади водУвидел Дарин небосвод,Свое лицо и вкруг лицаСиянье звездного венца.
Был молод мир, Гора тучнаВ День Дарина - во времена,Когда стояли, как один,И Нарготронд, и Гондолин,Пока навек их королиВ Заморский Запад не ушли.
На троне Дарин восседалВ палатах горных - тронный залМногоколонный был, златойИмел он свод, пол под пятойСеребряный, и без огняХрусталь сиял то светом дня,То лунным светом, и сиялЗнак власти перед входом в зал.
Долота, молоты, резцы -Каменотесы, кузнецы,И златоков, и ювелирТворили тот подземный мир:Кто вырубал, кто украшал,Кто добывал, кто сталь ковал,Мечи, и копья, и щиты,И кольца дивной красоты.
Был счастлив Даринов народ,И, отдыхая от работ,Он веселился, пел, плясал,И смехом оглашался зал,И горны пели у ворот…
И стал мир сер, Гора стара,Пришла осенняя пора,И молот больше не гремит,И арфа больше не звенит,И в залах Дарина темно,И сам король почил давно.Но по ночам зеркальна гладьВоды в Зеркальном, и опятьВ нем звездный Дарина венец,Как будто это - не конец.
- Славная песня! - восхитился Сэм. - Надо бы выучить, ежели случай будет. Правда, как послушаешь про сияние да огни всякие, так от темнотищи этой совсем тошно становится. А сокровища ваши - золото там и прочее - они здесь остались? Может, найдем чего?
Гимли не отозвался: вложив в песню сердечную боль, он не хотел говорить о каких-то там драгоценностях.
- Ничего не найдем, - ответил за гнома Гэндальф. - Все, что гномы не смогли забрать с собой, давным-давно разграбили орки, во всяком случае, на верхних, жилых уровнях. А вниз, в бывшие штольни и кладовые, никто не суется. Они затоплены, но кладоискателей отпугивает не вода, а древний ужас глубин.
- Не пойму я, - покачал головой Сэм. - Сокровища порастащены, шахты позатоплены, темень, ужас вот какой-то… а гномы хотят сюда вернуться. Зачем?
- За мифрилом, - ответил Гэндальф и, заметив на лице хоббита недоумение, пояснил: - Железо для гномов - обычный рабочий материал, золото и самоцветные каменья служат им для забавы. И то, и другое можно добывать во многих других местах, для этого незачем лезть в Морию, тем паче зарываться вглубь. Но славу и богатство здешнего владения составило морийское серебро - некоторые называют его истинным серебром, или, по-эльфийски, мифрилом. У гномов для этого металла есть особое имя, но они хранят его в тайне. Так вот, никто и никогда не находил мифрил нигде, кроме Мории. Даже в древности он стоил в десять раз дороже золота, а нынче и вовсе не имеет цены, ибо изделий из него на поверхности почти не осталось. Здешняя жила вела на север, к Карадрасу, а потом уходила на глубину. Верхний пласт давно выработан, а вниз не осмеливаются спускаться даже орки. Да, мифрил возвеличил Морию, но, о чем гномы вспоминать не любят, он же ее и погубил. В погоне за истинным серебром гномы докопались до самых корней гор и пробудили дремавший там до поры ужас, прозванный потом Проклятием Дарина. Рудокопам пришлось бежать, бросив почти всю добычу. Мифрилом овладели орки, данники Саурона, так что в итоге все досталось ему.
Мифрил!.. Раздобыть хоть немного мифрила было мечтой всех народов Средиземья. Он ковкий, как медь, при полировке сверкает, словно зеркальное стекло, и при этом прочнее самой лучшей закаленной стали. С виду мифрил похож на обычное серебро, но никогда не тускнеет. Эльфы знали ему цену и творили на его основе сплавы с чудесными свойствами: тот же итильдин - вспомните звезду на Воротах. К слову, Торин подарил Бильбо кольчугу из чистейшего мифрила. Интересно, где она сейчас? Не иначе как пылится в Мутене…
- Что? - ошарашенно воскликнул Гимли. - Кольчуга из морийского серебра? Вот уж воистину королевский подарок!
- Более чем, - согласился Гэндальф. - Бильбо я о том не говорил, чтоб ему жилось спокойнее, но нынче такая кольчуга стоит дороже, чем вся Хоббитания с околотками.
Не вымолвив ни слова, Фродо сунул руку за пазуху и украдкой погладил гладкие колечки. От одной мысли о том, какое сказочное богатство у него на плечах, голова шла кругом. Знал ли Бильбо о том, что такой кольчуги не купить за все богатства Хоббитании? Наверняка знал, не от Гэндальфа, так от того же Торина. Да, подарок так подарок… Впрочем, стоило хоббиту подумать о Бильбо, как он унесся мыслями сначала в Разлог, а потом и в то время, когда жил себе поживал с дядюшкой на Бугре. Вот бы вернуть счастливые денечки - бродить по лужайкам, любоваться цветами и ни сном ни духом не знать про Морию, про мифрил, а уж тем более про Кольцо.
Караулить на сей раз выпало Фродо. Едва разговоры сошли на нет и спутники один за другим уснули, к сердцу хоббита, словно выползая из невидимых во тьме коридоров, стал подбираться страх. Ладони похолодели, на лбу выступил пот. Целых два тягучих, показавшихся ему бесконечными часа он напряженно вслушивался, но мертвую тишину подземелья не нарушало ничто. Не было слышно даже изводивших его последнее время приглушенных шагов.
Время дежурства уже подходило к концу, когда в дальнем конце зала, там, где должен был находиться выход из западного тоннеля, появились две слабо светящиеся точки, прямо глаза, да и только. Хоббит заморгал, вгляделся во тьму - и ничего не увидел. Огоньки исчезли. "Померещилось, - решил он. - Похоже, задремал на посту. Хорош часовой, ничего не скажешь!" Чтобы снова не поддаться сну, Фродо встал на ноги и так, стоя, дождался смены.
На караул заступил Леголас. Хоббит улегся и заснул почти мгновенно, однако спал беспокойно: ему виделось, как медленно выступают из мрака бледные пятна света, и слышались то ли приближающиеся шаги, то ли неразборчивый шепот.
Когда Фродо открыл глаза, оказалось, что все его сотоварищи уже встали и тихонько переговариваются, а на лицо ему и вправду падает тусклый свет. Он проникал в зал через отверстие в куполе над восточной аркой. Такой же проем имелся с северной стороны, только света оттуда было и того меньше.
- Доброе утро, - сказал Гэндальф, едва хоббит приподнялся. - Самое настоящее утро - видишь, я не ошибся. Мы уже пересекли Морию с запада на восток, и теперь нам остается только спуститься к Воротам. Надеюсь, до исхода дня мы уже выберемся наружу, в Темноводье, где лежит Зеркальное.
- Оно бы не худо, - согласился Гимли. - На Морию я уже насмотрелся: она воистину велика, но стала теперь темной, страшной и для нас чужой. Никаких признаков моего народа! Я даже начинаю сомневаться, побывал ли здесь Балин…
Сразу после завтрака Гэндальф предложил продолжить путь.
- Все мы, конечно, устали, - сказал он. - Но, по-моему, лучше поднажать и устроить привал снаружи, на поверхности. Сдается мне, никто из вас не горит желанием провести еще одну ночь в Мории.
- Это уж точно, - откликнулся Боромир. - Чем скорее отсюда выберемся, тем лучше. Каким тоннелем пойдем - восточным?
- Может быть, может быть… - неуверенно пробормотал Гэндальф. - Я ведь не знаю нашего точного местонахождения. С пути я вроде не сбился, так что, скорее всего, мы сейчас выше и севернее Ворот. Возможно, к ним выводит и восточный тоннель, но прежде чем трогаться с места, лучше оглядеться. Вон там, в северном коридоре, виден свет. Пойдем посмотрим, что там да как.
Все последовали за магом. Пройдя северной аркой, оказались в широком коридоре и увидели, что свет падает из-за полуоткрытой двери по правую руку. За ней находилось просторное квадратное помещение. Ступив на порог, зажмурились: свет, даже тусклый, резал уже привыкшие ко мраку глаза.
Ноги тонули в густой пыли, под подошвами хрустели и перекатывались какие-то обломки. В верхней части восточной стены была прорублена наклонная световая шахта, сквозь которую виднелся крохотный квадратик голубого неба. Посреди палаты - как раз туда падало больше всего света из маленького окошка - на прямоугольном постаменте фута два высотой покоилась белокаменная плита.
- Похоже на надгробие, - пробормотал Фродо и подался вперед. Он был уверен в правильности своей догадки. Прошедший по плите резец оставил глубокие, четкие следы. Плиту покрывали странные руны, каких хоббит никогда не видел.
![](/img/kolchuga-bilbo_1.jpg)
- Это Даэрон, - пояснил подошедший Гэндальф, - старинное письмо Мории. На языках гномов и людей здесь написано:
БАЛИН, СЫН ФУНДИНА
ГОСУДАРЬ МОРИИ
- Умер, - прошептал Фродо. - Чуяло мое сердце.
Гимли молча надвинул на глаза капюшон.
profilib.net
Джон Толкин - Товарищество Кольца
- Из-за митрила - ответил Гэндалф, - богатство Мории не в золоте и драгоценностях, игрушках гномов, и не в железе, их слуге. Да, все это они находили тут, это правда, особенно железо. Но им не нужно было выкапывать их. Все, что им необходимо, они могли получить при торговле. Ибо здесь, и больше нигде во всем мире, находят серебро Мории, или истинное серебро, как некоторые называют его. Митрил - так звучит это название на языке эльфов. Гномы дали ему имя, которое неизвестно никому. Митрил в десять раз дороже золота, а теперь вообще бесценен: мало его осталось на земле, и даже орки не осмеливаются добывать его здесь. Жилы уходят к северу, к Карадрасу, и вниз, во тьму. И гномы не рассказывают об этом. Но если митрил был основой богатства гномов, он же послужил и причиной их гибели: они рыли слишком глубокие шахты и разбудили то, от чего бежали, - Проклятие Дюрина. То, что они успели добыть, почти целиком досталось оркам и отдано ими в качестве дани Саурону. А тот жаждет его.
Митрил! Все народы жаждут его! Его можно было ковать, как серебро, и полировать, как стекло, и гномы делали из него металл, легкий и более прочный, чем закаленная сталь. Он красив как обычное серебро, но красота его не тускнеет. Эльфы очень любили его и, в частности, использовали для изготовления итильдина, звездно-лунного, который вы видели на двери. У Бильбо была кольчуга из митриловых колец, подаренная ему Торином. Интересно, что с ней теперь? Вероятно, все еще собирает пыль в доме мэтомов в Майкл-Дельвинге.
- Что? - воскликнул Гимли, нарушая молчание. - Кольчуга из серебра Мории? Да, это был королевский подарок!
- Точно, - согласился Гэндалф. - Я никогда не говорил Бильбо об этом, но кольчуга стоит больше, чем весь Шир со всем его содержимым.
Фродо ничего не сказал, но просунул руку под куртку и дотронулся до колец своей кольчуги. Он был потрясен мыслью, что ходит, нося на себе цену всего Шира. Знал ли об этом Бильбо? Фродо в этом не сомневался. Это был поистине королевский подарок. И тут мысли Фродо унеслись из темных подземелий в Ривенделл, к Бильбо, а потом в Бэг-Энд тех дней, когда Бильбо еще жил там. Фродо всем сердцем хотел снова очутиться там, в тех днях, когда они бродили по лугам и он не слыхал ни о Мории, ни о митриле, ни о Кольце.
Наступила глубокая тишина. Один за другим все заснули. Фродо сторожил. И вдруг, как будто из неведомых глубин, сквозь невидимую дверь повеяло на него страхом. Руки его похолодели, а лоб покрыла холодная испарина. Он прислушался. В течение двух бесконечных часов он только и делал, что слушал, но ничего не слышал - ни звука, даже воображаемого звука мягких шлепающих шагов.
Его дежурство почти кончилось, когда ему показалось, что у западной арки он видит два бледных пятна света, похожих на светящиеся глаза. Он вздрогнул. Голова его снова опустилась. "Должно быть, я задремал", - подумал Фродо. Он встал, протер глаза и остался на ногах, вглядываясь в темноту, пока его не сменил Леголас.
Фродо быстро уснул, но ему показалось, что он наяву слышит шепот и видит, как медленно приближаются два бледных пятна света. Он проснулся и заметил, что остальные тихо разговаривают рядом с ним и что тусклый свет падает на его лицо. Сквозь отверстия в своде недалеко от восточной арки пробивались полосы бледного света.
Фродо сел.
- Доброе утро! - сказал Гэндалф. - Потому что наконец-то уже утро. Я был прав, как видите. Мы находимся высоко на восточной стороне Мории. Еще до конца дня мы найдем выход и увидим воды Зеркального озера в долине Димрилл.
- Буду рад, - сказал Гимли. - Я видел Морию, она действительно великолепна, но теперь она темна и страшна, и мы не нашли ни следа моих родичей. Сомневаюсь, что Балин здесь побывал.
После завтрака Гэндалф решил немедленно выступать.
- Мы устали, но лучше отдохнем, когда окажемся снаружи, - сказал он. - Думаю, никто из нас не хочет провести еще одну ночь в Мории.
- Конечно нет! - подтвердил Боромир. - Какой же путь мы изберем? Восточную арку?
- Может быть, - ответил Гэндалф, - но я точно не знаю, где мы. Скорее всего, над воротами и немного к северу от них; может оказаться, что найти к ним правильную дорогу нелегко. Да, восточная арка выглядит ее началом, но все-таки надо еще оглядеться. Пойдем к свету у северного выхода. Если мы найдем окно, это поможет нам, но боюсь, что свет пробивается через глубокие расщелины.
Вслед за ним все прошли к северной арке. Здесь путники оказались в широком коридоре. В конце его прибавилось света, и справа они увидели его источник - высокую приоткрытую дверь, все еще висевшую на петлях. За нею была большая квадратная комната. Несмотря на то что освещение было тусклым, глаза путников после долгого блуждания во мраке были ослеплены; все замерли у входа.
Они, запинаясь о какие-то предметы, подняли клубы пыли, толстым слоем лежавшей на полу. Что у них под ногами - путники поняли не сразу. Комната освещалась через отверстие в дальней восточной стене, а вверху был виден клочок голубого неба сквозь маленькое квадратное окошко. Свет из него падал на стол в середине комнаты - продолговатый каменный прямоугольник около двух футов в высоту, на котором лежала большая белокаменная плита.
- Похоже на гробницу, - пробормотал Фродо и с любопытством и странным предчувствием склонился ниже, чтобы получше разглядеть плиту.
Гэндалф быстро подошел к нему. На камне были выгравированы руны.
![](/img/kolchuga-bilbo_2.jpg)
- Это руны Даерона, что в старину использовались в Мории, - сказал Гэндалф, - здесь написано на языках людей и гномов: "Балин, сын Фундина, повелитель Мории".
- Он умер здесь, - сказал Фродо. - Я боялся этого.
Гимли опустил на лицо капюшон.
Глава VМост в Казад-дум
Товарищи молча стояли у могилы Балина. Фродо думал о Бильбо, о его долгой дружбе с гномами и о посещении Балином Шира много лет назад. В пыльной комнате в глубине гор казалось, что этот визит произошел тысячу лет назад и совсем в другом мире.
Наконец все зашевелились, подняли головы и начали искать хоть что-то, что могло бы рассказать им о судьбе Балина и его народа. На противоположной стороне комнаты была еще одна, маленькая дверь. Возле дверей путники видели теперь груды костей, перемешанных с поломанными мечами, разбитыми щитами, шлемами и топорами. Некоторые мечи были изогнутыми - кривые черненые сабли орков.
В стенах было устроено множество ниш, а в них - большие деревянные сундуки, обитые железом. Все они были сломаны, а рядом с расколотой крышкой одного из них лежали останки книги. Она была порезана саблей, проткнута, обожжена и так выпачкана темными пятнами, похожими на засохшую кровь, что ее почти невозможно было прочесть. Гэндалф осторожно поднял книгу, чтобы положить на плиту, и листы затрещали и начали ломаться. Некоторое время волшебник изучал записи, не говоря ни слова. Фродо и Гимли, стоявшие рядом, видели, как бережно он перелистывает страницы, испещренные множеством разных почерков, рунами. Использовалось письмо как Мории, так и Дейла, а время от времени встречались и эльфийские знаки.
Наконец Гэндалф поднял голову.
- Похоже, это записи о судьбе народа Балина, - сказал он. - Они начинаются с прибытия в долину Димрилл около тридцати лет назад. Большинство страниц относится к первым годам после прибытия. Верхняя страница помечена "один - три", так что по крайней мере две начальные утрачены. Слушайте!
"Мы вытеснили орков из больших ворот и караульной..." - следующее слово сгорело, вероятно "комната". "...Мы перебили многих из них в яростном..." - видимо, "солнце" или "свете... долины. Флой убит стрелою, он убил большого..." - здесь пятно, за ним: "Флоя над землей у Зеркального озера..." Следующие две строчки я не могу разобрать. Затем: "...Мы окончательно очистили двадцать первый зал к северу и поселились в нем. Здесь..." - невозможно прочесть. Далее: "...Балин установил свой трон в зале Мазарбул..."
- Зал Записей, - сказал Гимли. - Я думаю, мы находимся в нем.
- Дальше я ничего не могу прочитать, - сказал Гэндалф, - кроме слов "золотое", "топор Дюрина" и чего-то похожего на "шлем". Затем: "...Балин нашел то, что искал, и стал повелителем Мории..." Это похоже на конец главы. После пропуска запись сделана другой рукой. Тут написано: "...Мы нашли истинное серебро..." Потом слово "легкоплавкое" и еще что-то... Ага, понял! "Митрил". Последние две строчки: "...И на поиски спрятанного в Третьих Глубинах вооружения..."; дальше: "...Пошел на восток..." - пятно - "...к воротам Холлина..."
Гэндалф помолчал и перелистнул несколько страниц.
- В них то же самое, написаны наспех и сильно повреждены, - сказал он. - Я мало что могу в них разобрать при таком свете. Дальше утеряно много листов, потому что начинается нумерация с пяти, я думаю, имеется в виду пятый год существования колонии. Посмотрим! Нет, они слишком повреждены - не могу ничего прочесть. Лучше это делать при солнечном свете. Погодите! Вот что-то. Запись сделана по-эльфийски и уверенным почерком.
- Это, должно быть, почерк Ори, - сказал Гимли, заглядывая в книгу. - Ори писал хорошо и быстро и часто пользовался эльфийскими рунами.
profilib.org
Жало | Википалантир | FANDOM powered by Wikia
Как и большинство эльфийских лезвий, в случае приближения орков, Жало начинал светиться синим светом.
История меча во время Второй Эпохи неизвестна, но, вероятно, меч переходил из рук в руки, пока не попал в сокровищницу троллей в восточном Эриадоре. Этот меч вместе с Гламдрингом и Оркристом (тоже выкованными в Гондолине) обнаружили в пещере троллей Гэндальф с Бильбо и гномами весной 2941 года Третьей Эпохи.
Бильбо назвал свой меч Жалом после битвы с пауками в Лихолесье. Осенью 3018 года Третьей Эпохи в Ривенделле Бильбо подарил его вместе с мифриловой кольчугой своему племяннику Фродо Бэггинсу.
Весной 3019 г. Т. Э. Голлум привёл к Шелоб Фродо и Сэма, направлявшихся к вулкану Ородруин, чтобы уничтожить Кольцо Всевластья и спасти Средиземье от страшной участи. Шелоб ужалила и уже готова была утащить Фродо в своё логово, но его выручил Сэм, ранивший Жалом паучиху.
После отплытия Фродо за море Жало перешло к Сэму, а затем стало семейной реликвией рода Гэмджи.
В кинотрилогии Питера Джексона "Властелин колец" на клинке были выгравированы охранные руны на синдарине, которые гласят:
, что в переводе значит:«Маэгнас – моё имя. Я – отрава паука». "Маэгнас" на нео-синдарине означает "Жало".
ru.lotr.wikia.com