Содержание
Читать онлайн «Аты-баты, шли солдаты», Борис Васильев – ЛитРес
По залитому асфальтом полковому плацу, расчерченному белыми линиями для строевой подготовки, шла рота. Солдаты, в выходных тужурках и парадных фуражках, гулко топали надраенными до блеска ботинками и, старательно держа равнение, косили глазами на двух старших офицеров, которые стояли посередине плаца: могучего полковника и майора, казавшегося щуплым рядом с рослой фигурой командира полка.
– Рота, смирр-но!.. – пропел усатый прапорщик, шагавший впереди. – Равнение напра-во!
Полковник и майор подняли руки к козырькам. Пропуская роту, полковник, чья тужурка была украшена несколькими рядами муаровых планок, спросил:
– Что, комбат, жалко лучшего ротного отпускать?
– Ничего не поделаешь, товарищ гвардии полковник, – слегка вздохнул майор. – Как говорят французы, такова се-ля-ви.
Полковник хохотнул:
– По-французски ты лихо навострился, майор, но смотри и соображай по-русски. Если при новом командире первая рота снизит показатели хоть по одному виду, я тебе такую «се-ля-ви» устрою, сразу про все свои рыбалки забудешь.
– Понятно, товарищ гвардии полковник, – уже совсем невесело вздохнул майор и посмотрел в сторону казармы.
От казармы к старшим офицерам бежали два молодых командира среднего звена: худощавый смуглый капитан с белесыми, выгоревшими на солнце ресницами и коренастый старший лейтенант с обветренным лицом.
Подбежав, офицеры перешли на строевой шаг и, остановившись на уставном расстоянии, замерли, дружно вскинув ладони к головным уборам.
– Товарищ гвардии полковник, – с привычной четкостью докладывал капитан, – представляюсь по случаю сдачи первой роты второго батальона вверенного вам полка.
– Товарищ гвардии полковник, – подхватил рапорт другой офицер, – старший лейтенант Алексеев роту принял. Все в порядке.
– А я и не сомневался, что все будет в порядке, – полковник пожал руки офицерам, для чего ему пришлось слегка наклониться. – Ничего иного от первой роты и не ждал. Иди, майор, представляй нового командира.
Майор и старший лейтенант побежали к роте, а полковник, дружески взяв под руку капитана, пошел вместе с ним к штабу полка.
– Завидую я тебе, капитан, – говорил он на ходу. – Вот говорят, отрицательные эмоции вредны, а все равно завидую. Молодости твоей завидую. Что в Москву едешь. В академию. И что все у тебя впереди, а у меня, увы, все – в прошлом. – Он усмехнулся. – Помню, когда в академии учился, так начальник курса казался нам старым, а было-то ему ровно столько, сколько мне сейчас: сорок шесть лет, понятно – нет?
– Все относительно, товарищ полковник, – рассудительно заметил капитан. – В прошлом веке и в тридцать стариками числили. Полковнику Болконскому тридцать было.
– Так точно, – согласился полковник. – Только вот беда, капитан: для человека важно не сколько ему лет, а на сколько он чувствует себя, но для управления кадров – все как раз наоборот.
Они подошли к штабу.
– Мы ждем вас вечером, товарищ полковник, – прощаясь, сказал капитан. – Пожалуйста. Проводы – святое дело. И Веру Семеновну, естественно, тоже. Очень прошу, товарищ полковник.
– Благодарю, капитан, – сказал командир полка. – Я загляну непременно, а Вера Семеновна, к сожалению, не сможет. Внука нам подсунули. Такой архаровец, на минуту оставить нельзя. Понятно – нет?..
Худой и весьма пожилой человек стоял возле кассы продовольственного магазина военного городка. Старомодные очки его запотели, и, поскольку в одной руке была авоська с покупками, он никак не мог протереть стекла и беспомощно топтался у кассы, пытаясь на ощупь выбрать мелочь из кошелька.
Магазин в этот час был пуст, поэтому для молоденькой продавщицы и солидной кассирши происшествие с беспомощным покупателем было маленьким развлечением. Некоторое время они переглядывались, улыбаясь друг другу, пока наконец кассирша, сжалившись над стариком, не сказала со вздохом:
– Давайте ваш кошелек, папаша. Не бойтесь, не обсчитаю.
Старик охотно отдал кошелек. Кассирша, пощелкав клавишами аппарата, выбросила полоску чеков.
– Спасибо, доченька, – улыбаясь, покивал старик. – Дай бог тебе здоровья.
Заметно трясущимися руками он запихал покупки в авоську и, запахнув куртку, перешитую из старой офицерской шинели, вышел из магазина.
– И чего ходит? – проворчала ему вслед кассирша. – В таком возрасте на печи надо сидеть, а не по магазинам бегать. И трясется весь, как с перепою.
– Да он не старый, – зевнув, отозвалась из-за прилавка молодая продавщица. – Это Любкин отец. Он не старый и не пьет ни капельки. Контуженный он на фронте. Вот и трясется с той поры.
Капитан и старший лейтенант Алексеев шли по аллее, которая вела от расположения полка к военному городку. Вдоль аллеи стояли аляповатые щиты с цитатами из уставов и наставлений.
– Ну, вроде все ты мне доложил, – почему-то вздохнул старший лейтенант. – Лучшая рота – это не подарок. Это крест.
– Да, чуть не забыл, – сказал капитан. – Насчет Манукяна. Механик-водитель он экстра-класса, но запомни: перед каждым серьезным делом его надо непременно ругнуть. Не слишком, но ругнуть. Без обиды. Ясно?
Алексеев кивнул.
– А Рыжов – напротив. С ним поделикатнее, старшой. Жутко обижается, когда его ругают.
Они шли мимо Дома офицеров. В сквере перед ним на высоком постаменте стоял танк «Т-34» – стандартный памятник, какие встречаются почти в каждом гарнизоне, особенно – танковом. На фронтальной плоскости постамента золотыми буквами были написаны фамилии офицеров, сержантов и солдат дивизии, погибших в боях Великой Отечественной войны.
– Вот еще что, – сказал капитан, поравнявшись с памятником. – Перед принятием присяги молодых солдат непременно приводи сюда, к памятнику. Форма одежды – парадная, цветы – ну и так далее. И прикажи, чтобы комсорг речь толкнул, но только не длинную… Длинная рассеивает внимание, отвлекает. Ясно?
– Понятно, – сказал Алексеев. – Традиция?
– Традиция. Формальность, конечно, но армейские ритуалы вообще мобилизуют. А раз так, значит, надо.
Старик с авоськой сидел на скамье во дворе, со всех сторон замкнутом жилыми домами. Посередине двора был залит каток, уже, правда, подтаявший. Однако это не мешало выписывать круги по мокрому льду девочке лет семи, одетой в юбочку с меховой оторочкой.
Подкатив к скамейке, на которой сидел старик, девочка поставила на нее ногу и принялась завязывать шнурок, но у нее это никак не получалось.
– Давай помогу, – улыбнулся старик и стал неумело завязывать шнурок дрожащими пальцами.
– А у вас пальцы дрожат, – сказала она.
– Дрожат, – согласился старик. – Но я справлюсь. Ты кем хочешь стать – Пахомовой или Родниной?
– Я – в одиночном, – девочка очень серьезно вздохнула. – У нас в этом виде с медалями плохо. Спасибо, дедушка. – И, деловито кивнув на прощанье, укатила прочь.
Старик засмеялся, покрутил головой и, немного понаблюдав за девочкой, поднялся. Взял авоську и пошел к дому, осторожно ступая чинёными яловыми сапогами.
Капитан и старший лейтенант Алексеев шли по улице военного городка. Здесь все знали друг друга, и капитану приходилось то и дело отвечать на приветствия встречных и обгоняющих.
– Ты извини, специально не знакомлю, – сказал он Алексееву.
– Понятное дело. Шапочное знакомство не для нашей службы. Тут либо все надо знать, либо – ничего.
– Тут и так все всё знают, – капитан невесело усмехнулся. – Вот, к примеру, есть у меня старик. Отец моей жены, а мне, стало быть, тесть, да? Как пришел приказ об академии, все время о нем думаю, но с Любой, с женой своей, еще не говорил. По правде сказать, тяну. Не решаюсь. Понимаешь, тащить его с собой в Москву совершенно невозможно. Там первое время наверняка в общежитии мыкаться, а его туда вообще могут и не пустить. Но даже если удастся снять квартиру…
– А здесь его разве нельзя оставить? – удивился старший лейтенант. – Ты тут – по первому номеру, в академию от части едешь. Пенсию твой тесть получает?
– Получает, дело не в деньгах. Беспомощный он какой-то, неприспособленный. Вечно всем помогать норовит, а ничего не выходит. И руки дрожат, и видит плохо. И потом, пить ему совершенно нельзя. Категорически.
– А он что, закладывает?
– Нет, что ты. Но сейчас за ним Люба присматривает, а если один останется, все может быть. Уговорят, разжалобят, затянут. А для старика две-три рюмки – это конец.
– А кроме вас у него никого нет?
– У меня – никого, а у Любы – брат. В Сызрани. Жена у него – стерва. Боюсь, обижать старика начнет. Но я принял решение все-таки отправить его в Сызрань. Нет у меня иного выхода. Так что ты, старшой, не удивляйся, когда о нас тут услышишь. Для того все и рассказал.
– Догадываюсь.
– Может, зайдешь к нам? – спросил капитан. – Отвальный вечер, с офицерами познакомлю. Да и старика сам увидишь.
– Извини, нет, – твердо сказал старший лейтенант. – Не люблю в чужом пиру похмелья, капитан.
Старик стоял в подъезде и, перехватывая авоську из руки в руку, пытался открыть почтовый ящик. Давалось это ему нелегко, но он наконец-таки попал ключом в замок, откинул крышку и вытащил из ящика газеты. При этом на ступеньку лестницы упала открытка. Покряхтев, старик поднял ее и, вскинув на лоб очки, принялся читать, медленно шевеля губами:
– Дорогой друг! Наши отцы погибли в одном бою. Если хочешь почтить их память, приезжай шестого марта, в годовщину боя, на станцию Подбедня…
И пока старик читал открытку, возник стук доброй сотни пар сапог об утоптанную землю казарменного плаца и послышался рыкающий голос старшины:
– Рраз-два-трри! Рраз-два-трри! Рраз!.. Левое плечо вперед… маррш! Ррота, ножку!..
Рота курсантов военного училища военного времени вытягивалась на плац. Восемьдесят шесть пар новеньких кирзачей старательно выколачивали пыль из притоптанной земли. Роту вел кряжистый старшина-сверхсрочник, подавая команды с обычным для училищных старшин удваиванием рычащих звуков:
– Ррота… стой! Напрра-во! Подрравняйсь! Смиррна! Стоять вольно!
Рота стояла посреди пыльного плаца, повернувшись фронтом к накрытому красной скатертью столу, на котором стопками были сложены офицерские погоны зеленого фронтового цвета.
Кабинет начальника училища выходил окнами на плац. Возле открытого окна стоял сам начальник, старый полковник с седыми игольчатыми бровями, и рядом с ним – крутощекий улыбающийся майор, в рюмочку перетянутый портупеей, с медалями на щегольски отутюженной гимнастерке.
– Орлы, товарищ полковник! – Майора прямо-таки распирало от радости. – Орелики! До чего же мне, товарищ полковник, повезло: без волокиты, без ожиданий получаю у вас целый курс лейтенантов. Восемьдесят шесть душ. Аж на три души больше, чем фронт заказывал!
Начальник училища подвигал бровями и хмуро покосился на развеселившегося майора.
– Ваши ребята в младших лейтенантах не засидятся, – распинался тот. – Кроме того, через месяц каждому гарантирую орден.
– А жизнь? – скучно спросил полковник.
– Война, товарищ полковник, – развел руками майор. – Либо грудь в крестах, либо голова в кустах.
Полковник вздохнул:
– Относительно голов вы правильно высказались, майор. Исключительно правильно.
Майор хотел было обидеться, но передумал и снова несокрушимо заулыбался:
– Эх, жаль, оркестра у вас нет, товарищ полковник. Такой день! Ведь вот зачитаете вы сейчас приказ, и весь этот строй из курсантского превратится в офицерский. Какое мгновение! Надо бы оркестр. Личные поздравления каждому. Персональные рукопожатия. Чтобы запомнилось на всю жизнь.
– Жизнь, – повторил полковник и снова вздохнул: – Вы, майор, под словом «жизнь» понимаете завтрашний день плюс что-то бесконечно длинное. Не так ли?
– Так точно, – улыбнулся майор. – А вы, товарищ полковник?
– Гм, гм… – хмуро прокашлялся начальник училища. – Я этих мальчишек, майор, каждые четыре месяца выпускаю. Каждые четыре, трижды в год. Посему за словом «жизнь» вижу только их путь до фронта плюс еще несколько дней до первого боя. А там – как повезет. – Он одернул китель и двинулся к дверям. – Идемте на плац, майор. Пора.
– Товарищ полковник, – вдруг невероятно проникновенно сказал майор. – Уважьте личную блажь!
Полковник остановился, чуть поднял брови:
– Блажь?
– Так точно. Разрешите зачитать поименный список личного состава, – попросил майор. – Ведь моими хлопцы станут. Хочу к фамилиям привыкнуть.
– Сделайте милость, – пожал плечами полковник. – Можете заодно и приказ зачитать.
– Нет, приказ лучше вы. Чтобы звучнее. А я – только фамилии.
– Сделайте милость, – еще раз сказал полковник и вышел из кабинета.
Выпускная рота – восемьдесят шесть курсантских душ – замерла в строю, держа равнение на середину, где среди офицеров стоял начальник училища и будничным голосом заканчивал чтение приказа:
– …Всех поименованных ниже курсантов считать закончившими ускоренный курс пехотного училища с присвоением каждому поименованному воинского звания «младший лейтенант». Приказ подписал начальник Главного управления кадров Советской армии.
Полковник опустил руку с приказом и обвел глазами строй, вглядываясь в каждое лицо. А лица в подавляющем большинстве были мальчишескими и сейчас сияли от счастья.
Полковник пожевал губами, точно готовясь сказать нечто очень важное, но сказал скучно:
– Фамилии получивших офицерские звания сейчас будут зачитаны.
Начальник училища передал приказ розовощекому майору, и тот, встрепенувшись, бросил на роту почти восторгом сияющий взгляд.
– Прошу названных мною офицеров делать шаг вперед, – воодушевленно сказал он и, взглянув в список, вдруг заорал неестественным голосом:
– Младший лейтенант Анджапаридзе!
Мирно дремавшие в пыли воробьи, подняв невероятный галдеж, сорвались с плаца и закружились над строем.
– Младший лейтенант Бабаев! – продолжал орать майор. – Младший лейтенант Дулин!
Строй с трудом сдерживал смех.
– Чего он разорался? – негромко спросил рослый курсант, стоявший правофланговым.
– Отставить рразговоррчики, Прригуда! – не разжимая губ, грозно прорычал старшина.
– Младший лейтенант Зайченко! – с радостным восторгом продолжал тем временем кричать майор. – Младший лейтенант Иванов!
Пожилой подполковник, стоявший рядом с начальником училища, негромко сказал:
– Напрасно доверили, товарищ полковник. Сейчас они заржут, как лошади.
– Смех службе не помеха, – отозвался полковник, но в глазах его уже появилось некое веселое ожидание.
Строй еще держался, хотя лица восьмидесяти шести курсантов налились краской. Многие покусывали губы, чтобы не расхохотаться.
– Младший лейтенант Суслик! – с особенным щегольством прокричал майор.
По рядам прокатился смешок, но никто не сдвинулся с места.
– Младший лейтенант Суслик! – с еще большим восторгом выкрикнул майор. – Где младший лейтенант Суслик?
Старшина свирепо оглядел строй и беззвучно выругался.
– Лейтенант Суслик! – в третий раз воззвал майор, повысив в звании невесть куда пропавшего вчерашнего курсанта.
Стоявший в первой шеренге новоявленный младший лейтенант Суслин покраснел, надулся и, шагнув из строя, мрачно уточнил:
– Я – Суслин. Суслин. А не суслик.
– А у меня написано: Суслик, – взглянув в список, не сдавался майор. – Суслик.
– А я – Суслин. Сус-лин!
– Значит, это не вы.
– Значит, это не я, – согласился Игорь Суслин и вернулся в строй.
И тут всех словно прорвало. Строй разразился смехом. С молодым злорадным удовольствием хохотали уже объявленные и еще не объявленные младшие лейтенанты. Смеялись офицеры училища. Даже суровый полковник позволил себе усмехнуться.
– Отставить смех! – побагровев, кричал старшина, сам изнемогая от чудом сдерживаемого хохота. – Пррек-рра-тить!.. Смир-рно!
Но строй хохотал, не в силах совладать с приступом хохота. Хрюкали, всхлипывали, охали и ахали, заражаясь весельем друг от друга и рождая то, что принято называть хохотом гомерическим.
Не смеялись только двое. Растерянный, начинающий злиться краснощекий майор и Игорь Суслин. Обиженный и насупленный.
– Па… вагонам!.. – пропел розовощекий майор.
Толпа младших лейтенантов, скрипя новенькими портупеями, ремнями и кобурами, побежала садиться в теплушки воинского эшелона, поданного на первый путь. И только Игорь Суслин огорченно стоял в стороне.
Мимо обиженного Суслина пробежал рослый Пригуда: постоянный правофланговый их училищных построений. Весело хлопнув расстроенного товарища по плечу, сказал, не скрывая распиравшего его счастья:
– Прощай, Игорек. Служи и не тужи. Сейчас не попал на фронт, в другой раз пофартит!
И побежал. Потом вдруг остановился, вернулся и протянул Игорю потрепанный командирский планшет:
– Держи на память. Мне на фронте другой дадут. Счастливо!
И убежал, радостно топая сапогами. Улучив момент, Игорь подошел к румяному майору. Не так чтобы очень уж решительно, но упрямо:
– Разрешите, товарищ майор, обратиться с личной просьбой? – он старался держаться уверенно. – Младший лейтенант Суслин. Начальник училища позволил обратиться непосредственно к вам.
– Ну, что еще у вас? – неприветливо буркнул майор, глядя мимо Игоря.
– Возьмите меня, товарищ майор, – умоляюще начал он. – Вы же всех взяли, а меня почему-то оставили. Одного.
– Сказал – не возьму, значит, не возьму, – отрезал майор. – Мне восьмидесяти пяти позарез хватит. Ясно?
– Почему же именно меня не взяли? – унылым голосом спросил Суслин.
– Потому что вы недисциплинированны, Суслин, – с категоричностью, не допускающей возражений, сказал майор. – На фронте с такими, как вы, одна маята. Скисаете сразу и обижаетесь, как маленькие дети.
– Вы же меня совсем не знаете…
– И знать не хочу! Вот помотаетесь по резервам, пока не дозреете до фронтовой кондиции. На третьей норме тылового довольствия. Тогда, может, и выйдет из вас фронтовой офицер. Хотя лично я сильно сомневаюсь.
Приложив руку к козырьку полевой фуражки, майор зашагал к головному вагону. Раздался паровозный гудок, глухо лязгнули сцепления, состав дернулся и пошел.
Немногочисленные провожающие разошлись, и на пустом перроне остался лишь младший лейтенант Суслин. И долго стоял, с тоской глядя вслед ушедшему на фронт эшелону.
Вечером у капитана состоялись проводы. Небольшая комната была набита гостями. Молодые офицеры и их жены тесно сидели за столом, во главе которого громоздилась мощная фигура командира полка.
Первые тосты были уже провозглашены, за столом царил шумный и бестолковый общий разговор, слышались позвякивание ножей и вилок, шутки, отдельные реплики, смех. Рядом с капитаном сидела его жена Люба: разрумянившаяся красивая женщина с вальяжной осанкой и русой, кольцом уложенной косой.
– …Зачем мне академия? Я своих двадцать пять отпашу, и – привет.
– …Невкусный у Любы салат…
– …Зато коса хороша…
– Ты на чужие косы не заглядывайся…
– …А ты пас с левого края видел? Прямо на клюшку…
Полковник басовито прокашлялся, и сразу же, несмотря на неофициальность обстановки, все замолчали, повернув головы к командиру полка. Полковник поднялся и, сжав тяжелой ладонью хрупкую рюмку, сказал:
– Товарищи, разрешите от имени командования еще раз пожелать одному из лучших офицеров дивизии счастливого пути и, как говорится, успехов в учебе и личной жизни. Казалось бы, совсем недавно мы, командиры среднего поколения, которые были, по сути, подростками в военные годы, принимали части и соединения из рук тех, кто командовал ими в военные годы. Разумеется, мы благодарны им и не забываем. Вот, к примеру, бывший командир нашего полка гвардии полковник Чуркин…
– Иван Сергеевич, – подсказал кто-то из офицеров.
– Так точно, Иван Сергеевич, – согласился полковник. – Так вот, живет он у нас в городке, как говорится, на заслуженной пенсии. Но мы, сами знаете, на все торжественные вечера непременно приглашаем его в президиум, на почетное место, понятно – нет? Так что не забываем, не забываем… Да. Но вот что хочу сказать. Не за горами то время, когда и нам придется передавать командование в ваши руки, товарищи офицеры. – Командир повернулся к капитану. – И как знать, может быть, ты, Константин, закончив академию, вернешься в родную дивизию, в свой полк. И это очень хорошо, товарищи, хорошо и правильно! А посему я предлагаю тост за вечное движение жизни. За преемственность. За дружбу офицеров разных поколений!
Гости чокнулись, выпили. Полковник под одобрительный говорок сел на место. Поднялся Константин. Дождавшись, когда стихнет шум за столом, заговорил с привычной легкостью, порою смахивающей на легкомыслие.
– Мне отлично известно, что я счастливчик, а потому я при всем желании не могу сочувствовать неудачникам. Моя собственная жизнь дает мне право на эти слова. Отец мой погиб на фронте, когда я только-только должен был родиться, мать умерла через три года. Я вырос в детдоме. Мне было труднее, чем многим другим, но я знал свою цель и шел к ней напролом. Прошу извинить, что слишком часто употребляю местоимение «я», но мы – офицеры, и наши боевые приказы не знают иной формы, кроме «я решил». Так за решения, которые мы принимаем!
Когда шум, вызванный тостом, улегся и гости вновь занялись закуской, кто-то спросил:
– А где контроль, Костя?
– Какой контроль?
– Контроль за решениями, которые мы принимаем?
– Жизнь, – решительно ответил Костя. – Жизнь – самый суровый поверяющий. Она сама отбрасывает негодные решения.
– Значит, контроль вне человека?
Константин не успел ответить, потому что полковник отвлек его вопросом:
– Твой отец в котором погиб, Костя?
– В сорок четвертом. Кстати, мне напомнили сегодня об этом, – он повернулся к жене. – Люба, где открытка?
Люба поднялась, порылась на отодвинутом в совсем уж неподходящее место письменном столе, нашла открытку и протянула ее полковнику. Командир прочитал, пустил по рукам.
– Странное послание. И без подписи.
– Нет, закорючка стоит. Видишь?
– А почерк-то – женский. Учти, Люба.
– Где это – Подбедня?
– Может, розыгрыш?
– Нет, не розыгрыш, – сказал Константин, получив наконец-таки открытку и еще раз перечитав ее. – Когда мне в детдоме отцовский орден вручали, помню, разговор был насчет станции Подбедня.
– Какой орден?
– Отечественной войны, – ответил капитан. – Люба, где орден?
– Может, в папиной коробке? – неуверенно сказала Люба. – Посмотри в кухне, на полке. Круглая такая коробка, из-под конфет.
В маленькой кухне возле заставленного посудой стола сидел отец Любы и плакал. Сопел, всхлипывал, но не утирал слез, которые стекали по его худым, изрезанным морщинами щекам.
– Что с вами, Илья Иванович? – с испугом спросил Константин, войдя в кухню. – Вам плохо?
– Лук режу, – улыбнулся сквозь слезы старик. – Люба велела луку нарезать, а он, понимаешь, больно вредный оказался.
– А почему к столу не идете? – спросил Константин, открывая дверцы настенного шкафчика. – Неудобно получается, Илья Иванович.
– Ты уж прости, Костя. Не к лицу я молодой компании. Перво-наперво – не пью. Второ-навторо – острого не ем. Только испорчу вам весь праздник. К тому же – полковник там.
– Ну и что? – Константин выставлял на стол различные кухонные предметы и разговаривал через плечо. – Съест он вас, что ли, полковник?
– Да что ты, Костя, – махнул рукой старик. – Я их смолоду пугаюсь. И полковников, и генералов. Я и лейтенантов-то робел всю дорогу. А с живым полковником, может, всего раз в жизни и разговаривал. Когда орден получал. Ты чего ищешь-то?
Аты-баты, шли солдаты
Маленькая станция Подбедня ничем не отличается от многих других станций Советского Союза. В годы Великой Отечественной здесь велись жестокие бои. А теперь сюда съезжаются родные тех, кто приближал Победу, но не дожил до неё.
В фильме «Аты-баты, шли солдаты» показаны параллельно две сюжетные линии. Первая развивается в середине 1970-х годов, вторая — весной 1944 года. К концу фильма линии смыкаются на поле боя, который происходит 18 марта 1944 года и память о котором чтят собравшиеся 18 марта 1974 года.
События 1974 года
Константин Святкин празднует в кругу сослуживцев получение звания подполковника.
В этот же день он получает открытку с приглашением приехать на станцию Подбедня, где 30 лет тому назад погиб его отец. Константин не помнил отца: ведь когда тот погиб, ему был всего один год. А вскоре умерла мать, и Константин воспитывался в детдоме.
В поезде Константин знакомится с Анной Веленстович — дочерью младшего лейтенанта Игоря Суслина, погибшего в том же бою, что и отец Константина. Анна носила фамилию матери. Её мать и отец провели вместе всего одну ночь накануне того последнего боя для отца Анны, а мать Суслина не пожелала признать ни её мать, ни саму Анну. Анна объяснила, что это она написала открытку. Вместе с местным председателем колхоза в годовщину боя они решили собрать родственников погибших воинов. Свидетелем боя была местная жительница Валентина Ивановна. Ей было тогда 12 лет. Именно в их доме остановился на ночь взвод младшего лейтенанта Суслина, бойцам которого на следующий день предстояло ценой своих жизней остановить немецкие танки.
События 1944 года
Младший лейтенант Суслин, окончивший школу-десятилетку и ускоренные командирские курсы, был назначен командиром взвода истребителей танков. Перед отправкой на фронт ему было поручено подготовить ударный взвод истребителей танков.
Во взводе, кроме молодых и необстрелянных солдат, были опытные фронтовики. Один из них — ефрейтор Святкин по прозвищу «Сват». Святкин недавно уничтожил три немецких танка, был при этом ранен и уже в госпитале получил орден Красной Звезды. После госпиталя Святкин был направлен во взвод Суслина.
Весельчак, балагур и бывший детдомовец, «Сват» подшучивает над молоденьким лейтенантом, никогда не видевшим немецкого танка, и Суслин поначалу даже просит комбата убрать из своего взвода Святкина как недисциплинированного бойца.
Взвод Суслина прибывает на находящуюся в тылу станцию Подбедня. Ротный командир приказывает Суслину выдвинуться в Ильинку и заночевать там, а с утра двигаться в Румянцево, найти там старшего и действовать так, как прикажут.
Взвод должен остановиться на ночлег в Ильинке, и Святкин просит командира взвода разрешить ему отметить с товарищами день рождения сына (в 1970-х мы видим его — это подполковник Константин), так как у него самого дня рождения «нет».
Товарищ Святкина Вано Кодеридзе приглашает на праздник двух девушек из соседнего медсанбата. В одной из них Суслин неожиданно узнаёт одноклассницу Киму Веленстович. Игорь и Кима в школе были влюблены друг в друга, но не признавались в этом. Ночь они проводят вместе. Утром Игоря вызывают к тяжело раненому полковнику. Он сообщает Суслину, что немецкая моторизованная группа прорвала окружение и идёт к Ильинке, где много раненых. Суслину и его взводу истребителей танков предстоит остановить врага.
Aty -Baty, Shli Sondaty .
.. (1977) — IMDB
- Cast & Crew
- Отзывы о пользователях
- Trivia
IMDBPRO
- 19771977
- 1H 27M
99
IMDB RATIN
930
ВАША ОЦЕНКА
DramaWar
На месте последнего боя отряда встречаются семьи 18 солдат, героически погибших в 1944 году. Последний бой отряда. Семьи 18 бойцов, героически погибших в 1944 собираются на месте последнего боя отряда.
IMDb RATING
7.7/10
930
YOUR RATING
- Director
- Leonid Bykov
- Writers
- Kirill Rapoport
- Boris Vasilev
- Stars
- Leonid Bykov
- Vladimir Konkin
- Шанина Елена
- Директор
- Быков Леонид
- Writers
- Kirill Rapoport
- Boris Vasilev
- Stars
- Leonid Bykov
- Vladimir Konkin
- Elena Shanina
Photos22
Лучшие актеры
Леонид Быков
- Святкин
Владимир Конкин
- Суслин
Елена Шанина
Леонид Бакштаев
- Konstantin
Nikolay Grinko
- polkovnik, komandir Konstantina
- (as N.
Grinko)
Ivan Gavrilyuk
- serzhant Sayko
- (as I. Gavrilyuk)
Nikolai Sektimenko
- рядовой Глебов
- (как Н. Сектименко)
Отабек Ганиев
- Хабанера
- (как А. Ганиев)
Наталья Хатыха
1
Mikhail Yezepov
- Mikhail, pevets
- (as M.
Yezepov)
Boris Khimichev
- Yuri Saiko
- (as B. Khimichev)
Vladimir Gerasimov
- мл. сержант Мятников
- (как В. Герасимов)
Нина Кирьякова
Юрий Шерстнев
- Племятник Иглебова
- (как Ю. Ю. Шерснев)
4
94
4
4 Юрий Шерстнев0011
- doch Khabaneri
- (as A. Yunusova)
Vano Yantbelidze
- Vano Koderidze
- (as V.
Yantbelidze)
Evgeniya Uralova
Nina Antonova
- Bufetnitsa
- (as N. Антонова)
- Режиссер
- Леонид Быков
- Сценаристы
- Кирилл Рапопорт
- Борис Васильев
3 Все актеры и съемочная группа
30235 Производство, кассовые сборы и многое другое на IMDbPro
Больше похожего на это
В бой идут одни старики
Отец солдата
Берегись автомобиля
Они сражались за Родину
Москва не верит в слезах
Джентльмены удачи
Место встречи изменить нельзя
Гараж
Семнадцать мгновений весны
А зори здесь тихие
Завтра была война
Mimino
Storyline
Did you know
- Connections
Featured in Kotorogo lyubili vse (1982)
- Soundtracks
Beri shinel’, poshli domoy
Music by Valentin Levashov
Lyrics by Bulat Okudzhava
Performed by Алексей Покровский.Зрители, смотрящие это в ожидании ужасного фильма о войне, сейчас будут удивлены тем, как все закончится. Это не обычный военный фильм. В нем есть налет воспоминаний о том, что «Баллада о солдате» и «В бой идут только старики» сделали их великими фильмами. То, как Леонид Быков умеет вызывать эмоции у публики, поистине удивительно. Сюжет хорошо сделан, показывая, как война может повлиять на всех участников: солдат и семьи. Даже спустя годы после палаты все еще есть боль и переживания причастных. Выбор музыки был отличным. Этот фильм действительно охватывает другую сторону войны, которую обычно упускают из виду.
Полезно •
4
- Trombonistt
- 14 февраля 2012 г.
Подробная информация
- Дата выпуска
- 15 апреля 1977 (Советский Союз)
9000
- 16.
Страна.
- Язык
- Русский
- Также известен как
- Der Krieg ist kein Abzählspiel
- Продюсерская компания
- Dovzhenko Films
- См. Больше кредитов компании по адресу IMDBPRO
Технические спецификации
- Runtime
1 час 27 минут
- Color
Связанные новости
. Внесите на эту страницу
. Предполагайте ADIT или ADIT ADIT или ADT ADIT или ADT ADIT или ADT ADIT или ADIT ADIT или ADIT ADIT
.
Gap
Под каким названием был официально выпущен в Канаде «Аты-баты, шли солдаты…» (1977) на английском языке?
Ответить
Еще для изучения
Недавно просмотренные
У вас нет недавно просмотренных страниц
Baty HRs в 1-м на летучей мыши, Mets прервали серию из 8 побед Braves
ATLANTA (AP) — Бретт Бэти впервые поднялся в высшей лиге, Старлинг Марте дважды ушел глубоко, а New York Mets победили Braves 9-7 в среду вечером, чтобы прервать победную серию из восьми игр «Атланты».
Mets, лидер NL Востока, вырвался вперед со счетом 6: 1 и едва удержался, чтобы вернуть свое преимущество над Braves до 4 1/2 игр.
У Вона Гриссома было два сингла в девятом раунде, но Тревор Мэй отправил Рональда Акунья-младшего в отставку, чтобы закончить игру.
Бэти, 12-й общий выбор на драфте 2019 года, впервые появился во втором с бегуном на борту, а «Метс» впереди 2: 0 на хомерах подряд в первом с Джейком Одориззи (4: 5 ). Бэти попал на висячую кривую во время своего самого первого удара в нью-йоркской форме, став пятым игроком в истории Мец, которому Гомер в своей первой игре на летучей мыши.
Атланта нокаутировала заклятого врага Мэтта Шерцера (9-2) в седьмом, не получив мяча за пределы поля. Ему было предъявлено обвинение в четырех пробежках за 6 1/3 иннинга, несмотря на то, что он сдал всего три удара и три прогулки, выбив восемь.
Робби Гроссман сделал из этого игру, запустив Гомера с тремя заходами, который привел Смельчаков за один заход. Это было так близко, как они получили. Сингл Пита Алонсо с двумя проходами выдвинул на первый план девятый с тремя проходами, который дал некоторую передышку.
BLUE JAYS 6, ORIOLES 1
ТОРОНТО (AP) — Джордж Спрингер прервал нулевую ничью, выиграв одиночный RBI в седьмом иннинге, а Торонто обыграл Балтимор благодаря блестящему результату Росса Стриплинга.
Направление Спрингера в центр стало хитом карьеры № 1000, и Торонто продолжил его оттуда. Сантьяго Эспиналь последовал за Спрингером с двойным дублем, а Алехандро Кирк забил седьмое место «Блю Джейс» с шестью проходами, сделав еще один дубль из двух.
«Торонто» прервал серию из пяти поражений против «Балтимора» и выиграл в третий раз за 11 игр. Он прорвался через КПЗ «Иволги» после того, как Стриплинг провел идеальную игру на седьмом месте.
Стриплинг отказался от своих первых 18 отбивающих, прежде чем Седрик Маллинз вышел в центр на первой подаче седьмой. Он повторил рекорд сезона, выбив семь за 6 1/3 подач.
Yimi Garcia (2-4) получил два аута на победу. Джоуи Кребил (4-4) был обвинен в проигрыше.
MARINERS 11, ANGELS 7
АНАХЕЙМ, Калифорния (AP) — Кэл Рэли сделал два хоумреда, Эудженио Суарес и Джесси Уинкер нанесли по два удара, а Сиэтл завершил три игры в Лос-Анджелесе.
У Шохей Отани было два гомера, тройка, две одиночных игры и четыре ИКР для Ангелов.
Джордж Кирби (5-3) отправил мяч с шести попаданий в шестой, получив достаточную поддержку при беге в своей третьей победе подряд.
Стартер Тоуки Туссен (1-1) принял поражение от «Лос-Анджелеса».
TWINS 4, ROYALS 0
МИННЕАПОЛИС (AP) — Эмилио Паган провел два нулевых по счету подач после того, как Тайлер Мале ушел из-за усталости правого плеча, а Близнецы обыграли королевских особ в трех играх.
Хосе Миранда забил двухочковый Хомер за Миннесоту, которая борется с Кливлендом и Чикаго Уайт Сокс за контроль над переполненным AL Central.
После того, как Мале ушел третьим, Паган (4-6), Гриффин Джакс, Джоан Дюран, Майкл Фулмер и Тревор Мегилл завершили второй локаут Миннесоты подряд. Улов в прыжке центральным полевым игроком Жилберто Селестино спас серию в седьмом раунде.
Mahle будет подвергнут дальнейшей оценке, и ожидается, что команда представит обновленную информацию позже в среду или четверг.
У Сальвадора Переса и Винни Паскуантино было по два попадания за Канзас-Сити. Дэниел Линч (4–8) допустил четыре пробежки — три заработанных — за шесть подач.
КРАСНЫЕ 1, ФИЛЛИС 0
ЦИНЦИННАТИ (AP) — Хосе Барреро попал в финальный сингл RBI Серантони Домингеса с двумя аутами в девятом иннинге, отправив Цинциннати к победе.
Альберт Алмора-младший помог Барреро добиться победного удара, пройдя один аут. Альмора поднялась на второе место в сингле Алехо Лопеса и поторопилась домой, когда Барреро ударил землянина в середине.
Это была первая серия, допущенная Домингесом (6-4) с 10 июля. Алексис Диас (4-1) получил шесть аутов на победу.
Первый игрок с низов «красных» Джоуи Вотто объявил после победы, что в пятницу ему предстоит операция по окончании сезона, чтобы восстановить порванную левую вращательную манжету. 38-летний Вотто, шестикратный участник Матча звезд и MVP NL 2010 года, в этом году набрал всего 0,205 балла.
PADRES 10, MARLINS 3
МАЙАМИ (AP) — Джейк Кроненворт выиграл турнир Большого шлема в первом иннинге, Ха-Сеонг Ким также провел четыре заезда, а «Сан-Диего» избежал трехматчевого поражения от «Майами».
Бросок Кроненворта с двумя аутами против Пабло Лопеса (7-8) стал его 12-м хоумером в этом сезоне и вторым турниром Большого шлема в карьере.
Адриан Морехон (2:0) сменил стартера «Падрес» Майка Клевинджера в пятом и провел 1 2/3 нулевых по счету подач.
DODGERS 2, BREWERS 1
MILWAUKEE (AP) — Тони Гонсолин сделал семь нулевых по счету подач для своей 15-й победы, Остин Барнс и Макс Манси хоумред, а «Лос-Анджелес» обыграл «Милуоки».
Гонсолсин (15-1) сравнялся с Джастином Верландером из «Астрос» по количеству побед в высшей лиге. Крейг Кимбрел допустил двух бейсраннеров в девятом, но сбежал, сделав 21-й сейв.
«Милуоки» отстал на три игры от «Сент-Луиса», занявшего первое место в NL Central.
Эрик Лауэр (8-5) провел семь твердых подач за пивоваров, допустив четыре попадания в семи подач, включая два Хомерса.
ASTROS 3, WHITE SOX 2
CHICAGO (AP) — Фрамбер Вальдес забросил семь точных подач, Йордан Альварес пробежал и забил один, а Хьюстон прервал победную серию «Чикаго» из пяти игр.
Лидер AL West Astros удержался после потери лидерства в первых двух играх серии. «Уайт Сокс» отстают от лидирующего «Кливленда» AL Central на две игры.
Вальдес (12-4) отказался от двух пробежек и семи попаданий, вычеркнул шесть и прошел три. Райан Прессли сделал девятый бросок в своем 24-м сейве за 28 шансов.
Майкл Копеч (4-9) потерпел поражение, проиграв шесть иннингов и допустив три рана и пять попаданий. Он вычеркнул два.
CUBS 3, НАЦИОНАЛЬНЫЕ 2
ВАШИНГТОН (AP) — Ян Гомеш сделал решающий сингл в седьмом иннинге, подняв «Кабс» к победе.
С двумя аутами и Франмилом Рейесом на борту после ведущего дубля Гомес попал в мягкий лайнер справа от Стива Чишека. Гомес играл за граждан с 2019 года.-21.
Эрих Уэльман (1-1) получил два аута для своей первой победы в высшей лиге. Роуэн Уик сделал девятый для своего восьмого сейва.
П. Дж. Хиггинс Хоумред за Чикаго.
Лейн Томас сделал два дубля за «Вашингтон», а новичок Джоуи Менесес продлил свою результативную серию до 11 игр. Джейк МакГи (1-3) потерпел поражение.
RED SOX 8, PIRATES 3
PITTSBURGH (AP) — у Кристиана Арройо было три попадания и три ИКР, Алекс Вердуго достиг базы пять раз, а 42-летний Рич Хилл выиграл впервые почти за два месяца в победе Бостона. над Питсбургом.
Red Sox выиграли в пятый раз в шести играх и вернулись к 0,500 при 59-59. Бостон в четырех играх отстает от Торонто в гонке за третье и последнее место в AL.
Арройо сделал дубль с двух заходов и забил гол на броске Кике Эрнандеса во втором иннинге, когда «Бостон» вышел вперед со счетом 3: 2. Арройо также отличился в девятом раунде с тремя забегами, который сломал игроку.
Вердуго был 3 на 3 с двумя прогулками. Хилл (5-5) допустил два рана при трех попаданиях в пяти иннингах, что стало его первой победой с 26 июня. Он вычеркнул четыре и не прошел ни одного.
Новичок Роанси Контрерас (3-3) допустил четыре рана при шести попаданиях в шести иннингах с четырьмя прогулками и тремя аутами.
GUARDIANS 8, TIGERS 4
КЛИВЛЕНД (AP) — Участник Матча звезд Хосе Рамирес дал отмашку, дважды запустив дубль, когда «Кливленд» забил шесть ранов с двумя аутами в восьмом иннинге, собираясь обыграть Детройт.
У новичков Стивена Квана и Оскара Гонсалеса были дубли RBI, а Амед Росарио и Оуэн Миллер добавили результативные одиночные игры в восьмом месте для лидеров AL Central Guardians. Кливленд уступал 4-1 в шестом и 4-2 в восьмом.
Брайан Шоу (6-2) отказался от одного бьющего из-за победы, поскольку Кливленд остался на одну игру впереди Миннесоты в дивизионе. Эндрю Чафин (0-3) потерпел поражение.
Вилли Кастро попал в соло-гомер, а Виктор Рейес и Эрик Хаас сыграли одиночные игры RBI за Детройт, который проиграл девять из последних 11 игр. Новичок Керри Карпентер принес в жертву муху за свой четвертый RBI в серии из четырех игр.
КАРДИНАЛС 5, РОКИС 1
СТ. ЛУИ (AP) – Джордан Монтгомери одержал свою третью победу за столько же стартов с «Сент-Луисом», а Нолан Горман провел три заезда в победе над «Колорадо».
Сент-Луис выиграл в 12-й раз в 13 домашних играх и обыграл «Колорадо» в 11-й раз подряд дома, улучшив свой результат до лучших в сезоне 14 игр с результатом более 0,500 при 65-51.
Колорадо проиграл четвертый раз подряд и потерял 18 очков из 26 после перерыва на Матч звезд.
Монтгомери (6-3), который был приобретен у «Нью-Йорк Янкиз» 2 августа, отказался от одной попытки после шести попаданий в 5 2/3 подач.